новости галерея фотозал библиотека редакция пригород начало
Владимир Сибирцев  
 
 
   

 
Владимир  

1. СКАЗКИ ВЕПССКОГО ЛЕСА
2.
ДЕРЕВЕНСКИЕ БЫЛИ И НЕБЫЛИ
3.
Путевые заметки

Фото-1
Фото-2


Автор

 
 



 


Фото Владимира Сибирцева



СКАЗКИ ВЕПССКОГО ЛЕСА


1. Найти дракона 2. Башковитые 3. Тоска


На самом краю Ленинградской земли. В месте, где сходится она с Карелией (краем озер и болот, камней и сосен) и Вологодской областью (страной угрюмых елей ) живут вепсы - "чудь белоглазая". Летят мимо быстротечные времена, возникают и рушатся города и страны, шумят перевороты, революции, войны... а они всё те же. Как серый мох на камнях - неприметный и неизменный, какие бы ураганы ни бушевали вокруг, выворачивая с корнем большие деревья. И мир их совершенно особый, непонятный для горожанина - "торопыги, чужака". Чего стоят только здешние поля, усыпанные камнями, которые, как и при дедах, специально не убирают, чтобы они "держали влагу и прогревали землю". Соответственно, и для обработки оных приходится применять столь же древние дедовские орудия как, например, борона - чудо из чудес, собранное из особо сучковатых стволов елей. А коровы, в полудиком состоянии бродящие по самым глухим углам окрестных лесов, где жилья можно не встретить на пятьдесят километров вокруг? И уж самой важной новостью здесь, конечно, является не последний указ президента а то, прошел ли лосось через соседнюю деревню ниже по реке или там, пойманный, и остался. Но если купить дом в одной из вепсских деревень (что, само по себе, весьма не просто, поскольку здесь - и, может быть, не без оснований - предпочитают пустить ненужную избу на дрова, чем продать её кому-то со стороны)... Иметь мужество забираться "на дачу" (с тремя пересадками - на что от "Питера" уходят полные сутки - да ещё когда автобус до конечного места назначения ходит лишь раз в неделю) не только дней на пяток в солнечную погодку, рыская по лесам и долам в поисках грибов и ягод; но и летом в жару, и глухой дождливой осенью, и зимой, когда короток день, мороз за тридцать и сугробы по шею. Если уметь смотреть и слушать, раскрыв ум и душу, не стремясь поспешно судить всё на свой лад. То можно увидеть и услышать удивительные истории... И все они будут правдой. Пусть не всегда по форме (не это главное), но по сути своей... * * * * * Уже на подходе тебя встречают собаки (все, как на подбор, лайки с загнутыми аккуратным кренделем хвостами) и провожают бдительным эскортом до самого дома. Хозяева тоже смотрят пристально и цепко, не спеша высовываться из-за занавесок на окнах; отчего деревня кажется безлюдной. Даже коты, вроде бы мирно сидящие на крылечках, не отстают от них в подозрительности своих взглядов... В деревне все всё видят, все всё знают, и по умению извлекать из всего практическую выгоду дадут сто очков вперед любому городскому любителю - бизнесмену. Так и сейчас... С лосем, по рассеянности подошедшим слишком быстро к жилью, тут бы быстро разобрались. Из домов выскочит с десяток мужиков с ружьями (хорошо, хоть, не с вилами, которые здесь, кстати, как и бороны, деревянные) и уложат, не успеешь и глазом моргнуть. Засунуть медведю кулак в пасть, если уж с ружьем не повезло - тоже дело довольно обычное. Охота - извечное занятие вепсов, к которому после развала колхозных хозяйств, когда больше половины деревенского населения осталось без работы, они вернулись с прежним рвением... А вот, что делать, какую пользу извлечь из этих забредших к ним незнамо как и зачем городских чудаков - надо ещё подумать. Может, приспособить их чинить телевизор - одно из немногих достижений цивилизации, которое есть практически в каждом деревенском доме? Это, как окно в другой мир - "яблочко по блюдечку" из народных сказок. Сходное с вышеупомянутым магическим атрибутом у здешних телевизоров и качество. Изображение воспринимается лишь при наличии изрядной доли фантазии, а материальная составляющая "черного ящика" готова рассыпаться при малейшем к ней прикосновении. Ну кто откажется иметь у себя такую чудесную вещь? Или предложить поменять лампочку на фонарном столбе (единственном, в качестве достопримечательности, стоящем на главной улице у магазина)? У своих-то умельцев от высоты голова что-то кружится (после того как на тракторе, последнем в деревне, с обрыва летали). Да и мало их осталось - меньше, чем медведей в окрестных лесах. Беречь надо. А с городских, если кто и расшибется, не сильно убудет... Ну, это напоследок, когда все остальные дела будут улажены. А сперва, не стоит ли продать им картошки? Однако, немного и лучше за спирт. Деньги здесь, если и нужны, то больше на хлеб. Мешок с солью (килограмм на пятьдесят) давно стоит в сенях, спичек хватит лет на десять лет вперёд, молоко, картошка, мясо - свои, сапоги или тулуп тоже можно, в крайнем случае, сшить, а сахар - так и вовсе баловство для бабусь... И от всего этого у меня - хоть и дорога длинная, и рюкзак за плечами, и встречают не слишком приветливо - вдруг становится необычайно легко на душе. Надо же! Можно, оказывается, ещё жить, не завися ни от мировой политической обстановки, ни от какого, пусть самого распрекрасного, начальства, а лишь от собственных сил и у мения... когда помощь со стороны, если и нужна, то скорей для развлечения - для таких, в общем-то, малозначащих в хозяйстве дел, как починка телевизора или фонарного столба... Хорошо, однако, мечтается на перекрестке трёх миров: столичного города, вепсской деревни и леса, что глухо шумит на ветру на другом берегу реки, - особенно, если развести огонь в старой (не кирпичной, а глинобитной ещё) печи, отварить в чугунке здешней розовой красавицы - картошки и, запивая её не приведённым к стандартным процентам жирности, а тёплым ещё от коровьего вымени молоком, смотреть, как синие язычки пламени играют на темно-красных мерцающих, как звезды в ночи, углях. И окружающие вековечные тишина и покой медленно входят в тебя и нашептывают, нашептывают... сначала еле слышно, а потом всё громче и отчётливее:


НАЙТИ ДРАКОНА


Вечерело. Воспаленное, умаявшееся светить за день солнце устало клонилось к горизонту. Провожая его, заголосили петухи. Причем, так неожиданно и дружно, что даже деревенские ко всему привычные собаки подняли головы и удивленно стали оглядываться по сторонам. С крыльца большого, стоящего в особицу у опушки дома медленно спустился хозяин, присел на завалинку и - то ли тяжело о чем-то задумался, то ли задремал на вечерней прохладе. Так что высокому светловолосому незнакомцу лет двадцати пяти, в заношенной до дыр рубахе, с непомерно длинным мечом на плече и котомкой за спиной (вышедшему, тем временем, из леса по старой заросшей колее) пришлось несколько раз повторить вопрос; прежде чем тот, коему оный был задан, встал и, досадливо пробурчав что-то невразумительное, направился обратно в дом. Решив, что при большом желании это можно расценить и как приглашение, путник последовал за ним. Однако, как крупный чёрный кот, важно разгуливающий по двору, так и ворона, следовавшая за котом тенью, примериваясь как бы половчее ухватить его за хвост, придерживались, похоже, обратного мнения. Замерев, они смотрели в спину гостю с бо-ольшим подозрением. С неменьшим подозрением оглядывал в избе "гостя" и сам хозяин, уже сидя за столом и через слово, тяжело вздыхая, откусывая то хлеба, то сала, лежащего перед ним: - И кто ж ты таков будешь? Куда идёшь? Откуда? Как сюда попал? - Человек прохожий. - Вижу, что не леший, - неодобрительно хмыкнул хозяин. - Только вот, почему я тебя не знаю? - Ну так и я вас тоже. Мир велик... - Меня все знают! - побагровел вопрощающий. - А я вот нет, - всё также невозмутимо пожал плечами незнакомец и, подвинув к себе миску со щами (поставленную, вообще-то, рядом с хозяином), энергично стал есть... - Давно уже хожу я по свету, ищу дракона, - снизошел до объяснений гость, когда миска его наконец стала пуста (как и чугунок с молоком, который подсунула ему вслед за тем сердобольная хозяйка). - И дело, ведь, нужное. А помощи от местного населения никакой. Вот у вас, например. Я, пока через лес пробирался, столько всякой нечисти видел. А куда управа смотрит? - И не говори, мило'й, - встрепенулась, задумчиво слушавшая его, подперев кулачком щеку, хозяйка. - Вот давеча'... - Да на что он тебе, дракон-то? - перебил хозяин и при том так сурово взглянул на супругу, что та, смешавшись, поспешила скрыться за перегородкой. - Не слышали мы ничего такого сроду и слышать не хотим. Вот если б какой молодец, - и он скосил взгляд, правда весьма скептически на гостя, - русалок попужал, то было б ему от нас спасибо. - Русалки... тьфу, - незнакомец пренебрежительно скривился. - Да разве ж это дело? Вот дракон... Жаль, конечно, что вы тут про него ничего не слышали. Но это ещё ничего не значит. Может он уже лет триста спит где-нибудь в болоте... - Ну и пусть себе спит. Может он ещё триста лет проспит, а может и вообще не проснётся. Так нет, вам его непременно будить, да сражаться подавай. А если что не так? Он же здесь всю округу разнесёт. - Нет, это ж надо! До чего дошли, - возмутился незнакомец. - Жить спокойно можно только, когда все драконы будут изведены под корень. А до тех пор ни я, ни мне подобные мечей из рук не выпустим. - А может и нет их, драконов твоих, совсем. Сказки одни... - Ну и ладно, - неожиданно улыбнулся незнакомец. - В конце концов, разве просто побродить по свету не интересное занятие? Одни слышат зов земли, голос богов, стон угнетённого человечества, другим нужны деньги, слава, любовь, третьими движет жажда познания, а нас, кого вы пренебрежительно зовёте бродягами, позвала дорога... - Говорить-то вы горазды. Лучше бы полезным чем занялись. Экие лбы здоровые, - стоял на своем хозяин. - Ну, не всем же землю пахать... - Я и говорю, что бездельники. Гость махнул рукой и замолчал... - И ходют, и ходют тут всякие, и вынюхивают, - ещё утром продолжал ворчать, глядя ему вслед, хозяин. - Работать не хотят. Драконов им подавай... Мать, ты нашего-то кормила? - А как же. У него хоть и три головы, а жрёт за целое стадо. Попробуй, не накорми - полдеревни спалит, разбойник. Из хлева доносилось чьё-то смачное чавканье... - Удумали тоже, драконов извести, - всё не мог успокоиться хозяин. - А на ком я тогда пахать буду, или слетать, опять же, зачем? Уж лучше бы русалками кто занялся. Совсем замучили, проклятые. Парней сманивают, а потом сами же и воют поутру так, что хоть вешайся с тоски.


2. БАШКОВИТЫЕ

Витя с Костей стояли посреди улицы (единственной в этой деревне) и задумчиво оглядывались по сторонам. - Вы кого ищете? - спросила их невзрачного вида белая с подпалинами собака, дремавшая до того у забора. - Заночевать где-нибудь, - ответил Витя, все ещё глядя вдаль. - Так заходите к нам, - собака облизнулась, махнула ухом, отгоняя впившегося в него слепня, и услужливо побежала вперёд, показывая дорогу. Опустив взгляд и увидев с кем он только что разговаривал, Витя открыл было рот, но в него тут же влетел согнанный со своего места слепень. Витя поперхнулся и, больше уже не мешкая, поддерживаемый Костей, поспешил следом за необычной провожатой... - Ладно, оставайтесь, - проворчал хозяин после длительного и неодобрительного осмотра потенциальных постояльцев. - Сходи уж, позови гостей на завтра, - кивнул он жене. И та, накинув платок, торопливо выбежала в сени... - Ну, вы кормите, прямо как на убой, - расчуствовался за ужином Витя. - Ешьте, ешьте... Совсем отощали в своём городе-то. Одна кожа, да кости. Как же мы вас завтра гостям-то покажем? - вздохнула жалостливо уже успевшая вернуться хозяйка. - Ничего, и так сойдут, - отозвалась заглянувшая тем временем в дверь собака. - Помолчала бы, - прикрикнул на неё хозяин. - Вот, вот, - обрадовался Витя. - Места у вас изумительные. А какой воздух, какая еда! Но темнота, необразованность, отсталость от жизни, простите, просто невообразимые. Как вы живете? Ведь у вас собаки с тоски разговаривать стали. Но ничего, подождите, вот проведут сюда большую дорогу - и вы узнаете, что такое настоящая цивилизация. Вы станете, наконец, людьми... - Разойдясь, он стучал ложкой по столу, не обращая внимания на подталкивания Кости и всё более неодобрительный взгляд хозяина. Правда, назавтра последний всё же изменил своё мнение... - А ничего, - заявил он, доскребывая один из двух лежащих перед ним, исходящих паром, только что сваренных черепов, - я думал жестче будут. А с лучком, да с картошечкой - вон как пошли. И главное, они там в городе такие все мозговитые... Гости одобрительно закивали.


3. ТОСКА


По дороге, позвякивая боталами, прошло стадо рогатых скотин, уважительно именуемых хозяевами их - коровами (хотя молока от них можно получить разве что чуть больше, чем от козы, а как по окрестным лесам и болотам бродить - так чисто лоси). Потом, заполошно блея и распугивая собравшихся у лужи галок, промчался баран. За ним неспеша трусила пара донельзя облезлых и худых волков. Редкие встречные прохожие прижимались при виде их к заборам. А собаки, в количестве десяти штук дремавшие у обочины, только лениво проводили взглядом... Но стоило из-за поворота показаться всаднику, восседавшему на унылого вида одре, как вся свора, свирепо лая, бросилась ему наперерез. Конь был до того заезжен, что при виде такого множества врагов не сделал даже попытки остановиться, а лишь тяжело вздохнул, закрыл глаза и продолжал неспеша идти дальше. Зато всадник разразился столь громогласной и замысловатой руганью, что собаки сразу же успокоились и вернулись прежнему к своему занятию. И деревню снова накрыла вселенская тишина... Поглядев на неизменные вареную картошку и миску с солеными рыжиками, выставленные перед ним на стол, хозяин тихо отошел в угол, лёг и протянул ноги... - Это что же он удумал, люди добрые? - всплеснула руками его достойная супруга. - Забор не чинен, крыша течёт, печку прочищать надо, крыльцо... А он - на те, пожалуйста. Да я... - Так и знал. И помереть-то спокойно не дадут. Сколько раз собирался. Уж трёх коней на хозяйстве этом заморил... Так тебя ж и из могилы достанут и крыльцо чинить заставят. Вон, деду моему на трёхсотом году только и повезло успокоиться. Да и то, медведь помог - заломал. Его, косолапого, потом бык дедов забодал. Да... Тогда и быки другие были, и медведи - не чета нынешним. А лосось? Хвостом с ног сбивал... Все ещё продолжая ворчать вполголоса, хозяин взял в руки топор и, не глядя на супругу, пошел на двор. А бык, тем временем, просунув, свою широкую бо'шку в раскрытое окно и неспеша дожевывая цветок, стоящий на подоконнике, проводил его сочувственным взглядом... Он был, конечно, не под стать прежним и за медведями не гонялся; но, разойдясь, разломал как-то у соседа полдома. Правда, некоторые утверждали, что дом тот так был и построен. Но сосед это усиленно отрицал.


 
 

       
Холодильник не включается
портал "Акланд" объединяет арт-проекты